Он должен был отдать «актив». Но в глазах «субъекта» увидел свое прошлое.

В грузовом отсеке разбитого шаттла, заваленном трупами охраны, он нашел ее. Худющая, почти прозрачная, в разорванной робе. Девушка смотрела на него глазами, полными абсолютного, животного ужаса. Глазами цвета старого золота, с переливчатыми искорками внутри. И шрамами. Тонкими, аккуратными линиями на висках — метками имплантов. Лабораторная крыса высшей пробы.

— Ага! Вот он! Наш актив! Субъект Феникс-7! — голос корпората прозвучал торжествующе. — Мы немедленно забираем его.

Риккард посмотрел на эту немую мольбу о пощаде, на вжавшуюся в холодный металл спину. И почувствовал, как что-то ёкнуло глубоко внутри, в том месте, которое он давно замуровал бетоном цинизма.

— До завершения моего расследования, — его голос прозвучал как удар ледяной глыбы, — она задерживается. Под мою личную ответственность.

Он бросил вызов всесильной корпорации. Теперь за ним охотятся все: наемники, шпионы и призраки его собственного прошлого.

— Очаровательная сцена. Но, быть может, кто-нибудь соблаговолит объяснить, кто эта юная леди?

Вернувшись домой, я застала мужа в объятиях «пропавшей детской любви». Свекровь уже называет её дочерью. А сама Мелани смотрит на меня с победой в глазах.

Они думают, что я буду рыдать и бить посуду? Как бы не так.

Мелани требует развода в лоб. Свёкор пытается её осадить. Ричард мечется.

А я… Я улыбаюсь и ухожу в свою трёхэтажную виллу, где слуги кланяются, а пальцы массажистки знают своё дело.

Потому что я — не жена и не невестка. Я — хозяйка своего мира.

И с самозванками я разберусь на своих условиях.