Джонатан Свифт, как известно, был странным человеком. Настолько странным, что даже не лежал в психлечебнице (в отличие, например, от Даниила Хармса или Ярослава Гашека), а болел психикой во всём домашнем. Ещё Свифт отличился тем, что понаписал, как говорят, едко-желчную сатиру про путешествия Гулливера, и теперь многие поколения людей потешаются, читая эти гримасы потуг юмора. Меня это так вдохновило, что я тоже.

В городке, где даже воздух пахнет тревогой, у заброшенной железнодорожной ветки гибнут люди: переломы, раздавленные тела, ни следов, ни логики. Столичный сыщик Мидвохер методично собирает мозаику из странных реакций, полунамёков и зловещих деталей, но реальность всё настойчивее подталкивает его к мысли, что здесь действует нечто, не укладывающееся в полицейские протоколы...

А ещё комментарии-пояснения о том, как так получилось, что мистика оказалась в моей авторской жизни!

Джонатан Свифт, как известно, был странным человеком. Настолько странным, что даже не лежал в психлечебнице (в отличие, например, от Даниила Хармса или Ярослава Гашека), а болел психикой во всём домашнем. Ещё Свифт отличился тем, что понаписал, как говорят, едко-желчную сатиру про путешествия Гулливера, и теперь многие поколения людей потешаются, читая эти гримасы потуг юмора. Меня это так вдохновило, что я тоже.